Суд частично удовлетворил иск о лечении матери

24 апреля Бердский городской суд завершил разбирательство по делу о смерти 36-летней Юлии Богдан. Судья частично удовлетворила требования её дочери Алины Рубановой, уменьшив изначально запрашиваемую сумму в десять раз.

Юлия Богдан страдала онкологическим заболеванием и проходила лечение в частной клинике Новосибирска. Спустя семь месяцев после диагностики она скончалась. Её дочь Алина посчитала, что врачи назначили неверную терапию, которая могла сократить жизнь пациентки, и обратилась в Следственный комитет, а затем подала иск в суд. В исковом заявлении девушка требовала взыскать с клиники 7 миллионов рублей в пользу себя, своего несовершеннолетнего брата и бабушки.

Согласно независимой медицинской экспертизе, которую предоставила истец, в Новосибирском областном онкодиспансере затянули начало диагностики и лечения. В клинике «Претор» лечение также не привело к улучшению, а допущенные нарушения, по мнению экспертов, серьёзно ухудшили состояние пациентки. Однако эксперты не нашли прямой причинно-следственной связи между дефектами оказания помощи и летальным исходом, отметив, что рак часто приводит к смерти даже при квалифицированной терапии.

В итоге суд постановил выплатить брату Алины 350 тысяч рублей, а самой девушке и её бабушке — по 250 тысяч. Алина Рубанова заявила, что не будет обжаловать решение: «Присудили 350 тысяч выплатить моему брату и по 250 — нам с бабушкой. Обжаловать это решение я не буду: тут вопрос не упирается в деньги, это скорее про личное восприятие, про память мамы и ее правду. Это решение сыграло большую роль [в нашей жизни], и наконец-то маму мы можем отпустить».

Представители клиники «Претор» сообщили, что пока не могут комментировать решение, так как мотивировочная часть ещё не изготовлена, и юристы не ознакомились с ней. Ранее, в августе 2025 года, медики выразили сочувствие девушке, но не поддержали её исковые требования, отметив, что на момент лечения Алина была ребёнком и не могла объективно оценить качество помощи.

Лечение Юлии Богдан проводил доктор-совместитель из другого учреждения, который к моменту первой публикации уже вышел на пенсию. Следователи СК не нашли оснований для привлечения его к уголовной ответственности, так как также не установили прямой связи между его действиями и смертью пациентки.